6 июля, 09:11
Есть тексты, которые опасны не тем, что в них написано, а тем, во что они предлагают поверить. Слив от ВЧК-ОГПУ про отставку Дмитрия Козака - ровно из таких. По форме это разоблачение: смотрите, дескать, никакой Козак не был "антивоенным", просто деятельный человек остался без функционала, обиделся и уехал сидеть на даче.
По сути же это тихая реабилитация. Из фигуры, которая десятилетиями строила механизм поглощения Украины, аккуратно лепят почти сочувственного бюрократа, которого война "не интересовала".
И вот тут стоит остановиться. Потому что источник намеренно склеивает две вещи, которые надо разнять. Личная позиция Козака - это одно. Объективная функция его работы - совсем другое. И вторая куда интереснее первой.
Что такое "переговоры" в исполнении Козака
Нам предлагают образ "кремлевского переговорщика" - человека, который годами "вел переговорный процесс со строптивой Украиной" и до последнего убеждал Путина, что "переговорный ресурс себя не исчерпал". Звучит почти благородно. Голубь мира среди ястребов войны.
Только вот переговоры в исполнении связки Козак-Медведчук были не альтернативой оккупации. Они и были оккупацией - просто другим способом. Более дешевым, более долговечным и куда более опасным, чем колонны танков под Гостомелем.
Логика здесь предельно ясная. Захватывать территорию силой - дорого, а потом это порождает сопротивление, которое просто так не остановишь. А можно оккупировать территории иначе: вырастить внутри страны компрадорскую прослойку, которая сама, добровольно, под аплодисменты большинства избирателей заведет государство обратно в концлагерь "Россия". Заведет под флагом "мира", "нейтралитета", "нормальных отношений с соседом" и "прекращения братоубийства". Это и есть классическая компрадорская схема - подчинение не через принуждение, а через растление коррупцией элит. Коррупция всегда прочнее штыка, потому что штык надо держать каждый день, а коррупция ломает хребет государственной системы.
Медведчук был лицом и кошельком этой конструкции, Козак - ее инженером со стороны Кремля. Минский формат, "особый статус", бесконечная выторговка уступок, обернутая в язык доброй воли, - все это были не попытки замирения. Это была технология медленного поглощения, где каждый "компромисс" сдвигал Киев на сантиметр ближе к орбите Москвы.
Про цифры - без завышений
ОПЗЖ на своих пиках 2021 года брала около четверти голосов, а в отдельных опросах выходила на первое место. Партия Шария болталась у проходного барьера. Большинства мандатов эта конструкция не собирала и вряд ли собрала бы. Но суть мягкого захвата не в большинстве.
Суть в блокирующем, коалициеобразующем куске - плюс медиамашина Медведчука с ее каналами до санкций, плюс деньги, плюс административный ресурс на Юго-Востоке, плюс координация из единого центра. Этого с лихвой хватало бы, чтобы через один-два электоральных цикла сделать любое прозападное правительство невозможным без торга с пророссийским блоком. Не "захватить страну", а сделать ее управляемой и контролируемой.
Вот что стояло за словом "переговоры". Не мир. Отложенное поглощение.
Узел, который источник обходит стороной
А теперь - главное, о чем слив молчит демонстративно.
К началу 2022 года мягкий трек уже сыпался. И сыпался не сам собой - его ломал Киев, руками украинской власти.
Февраль 2021-го - Зеленский закрывает санкциями телеканалы, через которые вещала медведчуковская пропаганда. Май 2021-го - самому Медведчуку предъявляют государственную измену и отправляют под домашний арест. То есть украинское государство начало демонтировать пророссийскую инфраструктуру за год до полномасштабного вторжения.
И вот здесь напрашивается вывод, который переворачивает всю благостную картинку источника. Очень похоже, что "партия войны" внутри Москвы победила как раз потому, что мягкий инструмент дал сбой. Козак четыре месяца молил "еще поднажать, ресурс не исчерпан" - но нажимать то было уже некуда. Площадку, на которой он собирался нажимать, выбили из-под ног в Киеве. Переговорный ресурс обнулялся не абстрактно, а в конкретных кабинетах и судах. И когда тонкий инструмент перестал работать, в дело пошел грубый.
Козак это, судя по всему, понимал лучше многих. И "не хотел иметь с войной ничего общего" не потому, что любил Украину, а потому что как профессионал видел: так эту страну не берут. Танки - это ведь не сила. Танки - это признание, что никаких аргументов снова сделать Украину своей колонией у Кремля нет.
Путин спас Украину, напав
Отсюда вырастает финальная формула, и она работает - при одном условии. Ее нельзя понимать буквально.
Путин никого не спасал и спасать не собирался. Он совершил стратегическую ошибку исторического масштаба: разменял тонкую гегемонию через согласие на грубое доминирование через насилие, и проиграл ровно там, где мягкий трек, доведенный до конца, еще мог бы додавить. Он получил результат, обратный замыслу, по всем пунктам сразу.
Вторжение сделало любую пророссийскую политику в Украине токсичной. ОПЗЖ запретили. Медведчук из "серого кардинала" превратился в разменную монету и уехал в Москву по обмену на украинских военных. Нация, которую годами старались расколоть по линии Восток - Запад, спаялась намертво. А сама страна развернулась на Запад необратимо - так, как никакие реформы и никакой ЕС за десятилетия не смогли бы ее развернуть.
Все, что выстраивали Козак и Медведчук, Путин снес за несколько дней после вторжения. Собственными руками. Козак этого не хотел - и в этом смысле источник даже не врет. Он просто не договаривает главного: Козак был против не потому, что жалел Украину, а потому что хоронил свой проект ее реколонизации.
Вот эту разницу слив и пытается спрятать. Личную усталость чиновника нам показывают крупным планом. А то, чем этот чиновник занимался все годы до усталости, - оставляют за кадром. Хотя именно там, за кадром, и лежит вся суть.