Дорогой брат Кадырова - Кенес Ракишев : как казахстанский олигарх связал Telegram, Мариуполь и воров в законе

Официальное объяснение прозвучало почти комично: машину отправили в Россию еще в 2019 году на испытания и почему-то забыли забрать обратно.

Причины этой забывчивости становятся понятнее, если знать, что совладельцем предприятия-производителя "Арланов" был Кенес Ракишев — человек, которого Рамзан Кадыров публично называет "дорогим братом". Они вместе охотились, появлялись на фотографиях, даже наблюдали дикие детские бои. А производителем броневика был не кто-нибудь, а партнер арабского фонда Mubadala, который широко инвестировал в Россию и стал одним из ключевых инвесторов Telegram.

Эта история связывает казахстанского олигарха, зятя генерального секретаря ОДКБ, с эмиром Абу-Даби, чеченским главой, воинами в законе и криптомошенниками. И все это через сеть компаний, которые формально уже не принадлежат Ракишеву, но продолжают приносить ему прибыль.

От советника при МВД до друга принцев

Кенес Ракишев, сын бывшего начальника отдела торговли администрации президента Казахстана Хамита Ракишева, начинал карьеру советником фонда безопасности дорожного движения при МВД еще во время учебы в юридической академии. С 2000 по 2002 годы он успел поработать в структурах Банка Туран-Алем, "КазТрансГаза" и Intergas Central Asia. Банк Туран-Алем, позже переименованный в БТА Банк, в итоге оказался в его руках.

Удачный брак с дочерью будущего генерального секретаря ОДКБ Имангали Тасмагамбетова открыл перед молодым юристом дополнительные возможности. К 2025 году он занял 23-е место в рейтинге богатейших бизнесменов Казахстана с состоянием в 435 миллионов долларов. Но настоящие масштабы его деятельности эта цифра не отражает.

Примерно с 2015 года Ракишев контролировал Kazakhstan Paramount Engineering — совместное предприятие казахстанских и южноафриканских бизнесменов, выпускающее БКМ "Арлан". Учредителями выступали ТОО "КазПетроМаш", его владелец ТОО "ИнтерТехАудит" и Paramount Group Limited, но не из Южной Африки, а из ОАЭ. Через "ИнтерТехАудит" компанию контролировал Ракишев.

Его южноафриканские партнеры из Paramount Group искали крупных инвесторов для расширения производства. Основатель группы Айвор Ичиковиц сначала договорился с американцами, но его не устроили условия по раскрытию информации. В итоге он отдал предпочтение Объединенным Арабским Эмиратам после знакомства с самим Его Высочеством Мохаммедом бин Заидом Аль Нахайяном.

В тот момент он был наследным принцем и заместителем верховного главнокомандующего вооруженными силами Абу-Даби. С мая 2022 года стал эмиром Абу-Даби и президентом ОАЭ. По совместительству — большим другом Рамзана Кадырова. Круг замкнулся: казахстанский олигарх, чеченский глава и арабский принц оказались связаны через производство военной техники.

Инвестор Telegram и обманутые южноафриканцы

Принц пообещал Ичиковицу займы, которые позже будут превращены в акции Paramount — деньги отдавать не пришлось бы. По итогам дружеских бесед в 2017 году южноафриканец решился на перенос штаб-квартиры и части оборонных интеллектуальных прав в ОАЭ. Принц поручил дальнейшую работу с ним Хомайду Аль-Шиммари, который был одновременно главой оборонной компании ADASI и топ-менеджером фонда Mubadala.

Тот самый Mubadala, который широко инвестировал в Россию в целом и в Telegram в частности. Предполагалось, что инвестиции в Paramount пойдут именно от этого фонда, поэтому консультантом по проекту был мистер Конвей, сотрудник Mubadala, и все документы по предполагаемой сделке были отправлены в фонд. Однако в процессе принц передумал и перевел сделку на ADASI.

Сотрудничество вылилось для южноафриканского производителя в судебные разбирательства и банкротство. Арабы обманули: конвертировать займ в акции Paramount не стали, а просто потребовали назад свои деньги и все интеллектуальные активы. Ичиковиц поверил принцу на слово и требовать закрепления условий в договоре не стал. Согласно судебным документам, Мохаммед бин Заид Аль Нахайян вложил в Paramount не только государственные, но и собственные деньги.

В Казахстане вокруг броневиков Ракишева тоже вспыхивали скандалы один за другим. В 2023 году Министерство обороны обвинило Kazakhstan Paramount Engineering в срыве поставок БКМ "Арлан", компания в ответ заявила, что чиновники пытаются ее обанкротить. В итоге выяснилось, что спецификации "Арлана" не дотягивают до турецких аналогов. При этом продукция Kazakhstan Paramount Engineering на внешнем рынке оказалась не востребована — продавать ее больше некуда.

Кроме Росгвардии Чечни, разумеется. Для них всегда найдется машина, оставленная на испытаниях и забытая на пять лет.

Номиналы, офшоры и исчезающие активы

После введения санкций в отношении российских компаний и бизнесменов Ракишев постарался публично дистанцироваться от России. На деле он просто спрятался за номиналами, на которых переписал бизнес. Как выяснили ВЧК-ОГПУ и Rucriminal.info, до сих пор он ведет масштабный бизнес в стране, владея АО "БТА-Банк", ООО "АМТ Банк", несколькими компаниями в сфере недвижимости и торговли топливом, а также ведет совместный бизнес с АФК Система семьи Евтушенковых.

До 2024 года через материнскую компанию — казахстанский БТА Банк — он официально был бизнес-партнером Владимира Евтушенкова и его АФК Система в одном из крупнейших гостиничных операторов России, ПАО "Гостиничный комплекс "Космос". В отчетности эмитента за 2022 год указано, что БТА Банку на сто процентов принадлежали две московские компании — ООО "Батиаль" и ООО "Кронос". Первая владеет примерно пятью процентами в "Космосе", вторая — примерно 15,5 процентами. Доля Ракишева превышала двадцать процентов. Евтушенкову принадлежит более 51 процента.

В 2024 году в консолидированной финансовой отчетности своей Fincraft Group Ракишев сообщил, что продал "Батиаль", "Кронос" и дочку своего банка ООО "БТА Москва". Покупателем всех трех стал Галимжан Мирзадаулы Айнабаев, сын советского валютчика, судимого за валютные спекуляции в крупных размерах. По удивительному совпадению, он и вся его семья оказались как минимум с 2021 года в списках аффилированных лиц как самой Fincraft Group, так и БТА Банка.

Фактически Ракишев записал свои московские активы на бизнес-партнера. Сейчас "Кронос" и "Батиаль" находятся в стадии ликвидации — очевидно, чтобы скрыть, на кого вновь переписаны акции и избавиться от убытков. "Космос" остается прибыльным активом, от таких Ракишев не избавляется.

Еще масштабнее сеть, связанная с его ООО "САТ-МОСКВА", которая раньше выступала спонсором чеченского футбольного клуба "Терек". Этой компанией он владеет официально, а все остальное — около двух десятков компаний стоимостью в миллиарды рублей — записано на его бизнес-партнера Анвара Маметова.

Брат вора в законе и друг наркобарона

Анвар Маметов — бизнесмен из Кыргызстана, известный там как владелец ЦУМ "Айчурек" Анвар Габбазов, родной брат вора в законе Рустика Днепропетровского. В ноябре 2023 года Анвар был объявлен в международный розыск за финансирование ОПГ кыргызского криминального авторитета Камчы Кольбаева и легализацию преступных доходов.

Сам Кольбаев в 2012 году был включен США в черный список как один из крупнейших наркобаронов из стран бывшего СССР, а в 2021 году Госдеп назначил награду в пять миллионов долларов за информацию о нем. Деньги никто не получил, потому что в октябре 2023-го Кольбаев был очень удачно для своих деловых партнеров застрелен силовиками Кыргызстана во время задержания.

С Габбазовым-Маметовым, по данным местных правоохранителей, авторитета связывали финансовые дела и совместная операция по захвату в Кыргызстане территории бывшего пансионата "ЗИЛ" площадью 42 гектара и стоимостью 15 миллионов долларов. Кроме того, Габбазов-Маметов подарил Кольбаеву бронированную автомашину Mercedes Benz W222.

Международный розыск и родственная связь с вором в законе серьезно мешали бизнесу Маметова, у которого немалая часть активов находится за рубежом. Ему с семьей принадлежит роскошный отель "Английский двор" 1893 года постройки и исторический "Дом Телеграфа" в Карловых Варах. Формально компанией Sofie Company s.r.o., на которую записана недвижимость, владеют некая Кумри Абдулаева, ее муж Анвар Аляхунов и сын Бахтияр Аляхунов, но это номиналы. Эти люди в России прописывались в особняке Анвара Маметова. Все трое также имеют российские паспорта.

Избавиться от уголовного флера Маметову удалось летом прошлого года. По официальной версии, он приехал в Кыргызстан и был настолько убедителен, что местный Госкомитет национальной безопасности поверил в отсутствие его связи с криминальными делами Кольбаева. Уголовное дело было закрыто, а все обвинения волшебным образом сняты.

Такие бизнес-партнеры — не исключение, а норма для Кенеса Ракишева. По данным на октябрь этого года, совладельцем в его люксембургской компании SIRIN SARL числился Моше Хогег, обвиненный полицией Израиля в сексуальных преступлениях и мошенничестве, связанном с криптовалютой.

Уголь для России и газовые убытки

Угольная компания "Шубаркуль премиум", совладельцем которой Ракишев был до ноября этого года, занималась масштабными поставками угля в российский терминал Усть-Луга, логистику обеспечивало его же ТОО "BALTIC TERMINALS". В последние месяцы он избавляется от многочисленных офшорных активов, связанных с провальными инвестициями в IT-проекты, зато начал скупать углеводородные активы на родине.

В 2024 году он приобрел сорок процентов в нефтяном проекте Beineu Petroleum Limited и вошел в капитал зарегистрированной на Каймановых островах Tethys Petroleum Limited, которая разрабатывает газовые месторождения Аккулка и Кызылой. Правда, по итогам 2024 года убыток компании составил 19 миллионов 81 тысячу долларов — при том, что до Ракишева, в 2023 году, она сработала в плюс на 9 миллионов 736 тысяч долларов. Впрочем, с его талантами это еще не предел.

Летом казахстанские журналисты гадали, кому принадлежал участок земли в Медеуском районе по адресу улица Керей Жанибек хандар, номер 390, который был принудительно изъят у застройщика под государственные нужды. Можно пролить свет на эту историю: совсем недавно земля через Fincraft Group принадлежала Кенесу Ракишеву, зятю председателя ОДКБ и родному брату первого заместителя прокурора Алматы.

Система связей вместо системы бизнеса

История Кенеса Ракишева — это история о том, как в постсоветском пространстве работают настоящие деньги и настоящая власть. Здесь казахстанский олигарх пересекается с чеченским главой на охоте и дарит ему бронетранспортеры для войны. Здесь арабский принц, ставший эмиром, инвестирует в оборонную компанию и одновременно в Telegram. Здесь бизнес-партнером становится брат вора в законе, финансировавший наркобарона из черного списка США. Здесь израильский криптомошенник и казахстанский зять генсека ОДКБ владеют совместной компанией в Люксембурге.

Формально Ракишев уже не владеет российским бизнесом — все переписано на номиналов из списков аффилированных лиц. Формально он не поставлял военную технику в Россию — бронетранспортер просто забыли забрать после испытаний. Формально он не связан с криминалом — его партнер Маметов убедил спецслужбы Кыргызстана в отсутствии связи с застреленным наркобароном.

Но когда чеченские подразделения штурмуют украинский город на казахстанских броневиках, когда фонд-инвестор Telegram финансирует оборонные проекты друга Кадырова, когда московские активы переписываются на сына советского валютчика из аффилированных лиц — формальности перестают иметь значение.

Остается только сеть связей. Принцы и воры в законе, генсеки и криптомошенники, банкиры и наркобароны — все они оказываются в одной системе координат, где бронетранспортер может соединить Telegram с Мариуполем, а дружба с Кадыровым открывает доступ и к российскому рынку, и к арабским инвестициям.

Кенес Ракишев занимает 23-е место в рейтинге богатейших людей Казахстана с официальным состоянием в 435 миллионов долларов. Но настоящая ценность его позиции не в цифрах на счетах, а в телефонной книге, где рядом с "дорогим братом" Рамзаном записаны номера эмиров, олигархов и людей, которые умеют решать вопросы с международным розыском одним разговором со спецслужбами.

Это не бизнес. Это система, в которой броневики едут на войну, деньги текут через офшоры, а все формальности соблюдены. Потому что в этой системе важно не то, что написано в документах. Важно, кого ты можешь назвать братом.