Клиент всегда прав или как ИИ венчал архитектуру решений, в которой правде не осталось места

За первые дни с постов вылетели шестнадцать генеральных инспекторов, десятки старших сотрудников Министерства юстиции, дипломаты Госдепа, комендант Береговой охраны. ФБР возглавил Кэш Патель, ЦРУ - Джон Рэтклифф, Национальную разведку - Тулси Габбард. АНБ лишилось генерала Тимоти Хоу. Разделение функций руководства АНБ и Киберкомандования было продиктовано необходимостью передать контроль над разведывательным ведомством в руки политического назначенца.

В мае Габбард уволила исполняющего обязанности главы Национального разведывательного совета и его заместителя. Причина? Они отказались признать, что венесуэльскую преступную группировку “Tren de Aragua” контролирует Мадуро. А это противоречило тому, что хотели услышать в Белом доме. Аналитики не согласились выдумывать доказательства, потому что их не было. Их уволили.

Эта история была ключевой. После нее, “выжившим” стало ясно: новая администрация не заинтересована во мнении которое противоречит принятому в Белом доме, и с легкостью готова избавиться от всех кто с этим не согласен. После зачистки на экспертном уровне, началась работа по созданиею аналитического отдела, но на машинном уровне.

Весной 2025 года администрация начала строить второй контур системы принятия решений - внедрение искусственного интеллекта внутри секретных сетей Пентагона. 

Palantir уже работал на тот момент с Anthropic. По соглашению, объявленному в ноябре 2024 года, Claude развернут был на платформе Palantir, с аккредитацией Агентства оборонных информационных систем на уровне "совершенно секретно". 

В июне 2025 года Anthropic выпускает Claude Gov - кастомные модели для секретных сред, развернутые, как формулирует компания, "ведомствами на высшем уровне национальной безопасности США". 

14 июля 2025 года Главное управление по цифровизации и искусственному интеллекту Минобороны подписывает четыре контракта по 200 миллионов долларов каждый - с Anthropic, OpenAI, Google и xAI. Фронтирные модели официально входят в военный контур.

Но до этого момента Трамп успевает провести свой первый большой тест - иранский.

Первый Иран

13 июня 2025 года Израиль наносит внезапные удары по Ирану. Убиты ключевые командиры Корпуса стражей исламской революции, начальник генштаба Мохаммад Багери, ученые ядерщики. Начинается двенадцатидневная война. 

22 июня США вступают в нее одним ударом - операция "Полуночный молот". Семь стратегических бомбардировщиков B-2 Spirit сбрасывают четырнадцать массивных бомб-проникателей на Фордоу, Натанз и Исфахан, атомная подлодка выпускает более двадцати крылатых ракет по Исфахану. 25 минут активной фазы. В 22:00 по Вашингтону Трамп выходит в эфир и объявляет, что иранские ядерные объекты "полностью и абсолютно уничтожены". Через два дня Иран выпускает ракеты по американской базе в Катаре, никого не убивая - сигнал о готовности к деэскалации. 24 июня объявлено прекращение огня.

Внутренняя оценка Разведывательного управления Минобороны, утекшая в “Washington Post”, говорила, что иранскую программу задержали на "месяцы, а не годы", что заметно скромнее риторики Трампа об "уничтожении". 

Но важно тут другое. Что Трамп остановился и не пошел дальше. Не было наземной операции, не было попытки смены режима, не было эскалации. Он остановился.

Остановился, потому что в его контуре принятия решений еще существовало трение. Военные советовали сдержанность, аналитика показывала риски, и главное - не было еще машинного слоя, готового сказать: "Стреляй, у тебя все получится"! 

Claude в тот момент еще не был в секретных сетях в масштабах, которых достигнет через месяц после этого удара. "Полуночный молот" - это Трамп старой школы, которого еще можно убедить, что "достаточно", “хватит”.

Венесуэла: идеальная военная операция по сценарию ИИ

К концу лета и осенью 2025 года США продолжают усиливать давление на Венесуэлу. В августе Трамп удваивает награду за Мадуро до 50 миллионов долларов. 

В начале сентября Южное командование США начинает удары по лодкам в Карибском море и восточной части Тихого океана - формально атакуя наркотрафик, фактически - демонстрируя готовность к эскалации. До конца года таких ударов будет около 50, погибших - более 150. 

В ноябре ЦРУ получает разрешение на тайные операции внутри Венесуэлы. 16 ноября в Карибское море заходит авианосная ударная группа USS Gerald R. Ford - крупнейшее военно-морское присутствие США в регионе со времен Карибского кризиса. В декабре начинается морская блокада танкеров с венесуэльской нефтью.

3 января 2026 года в час ночи по Вашингтону вертолеты с "Дельтой" идут в сотне футов над водой, Каракас погружается в темноту из-за отключенного электричества, Форт-Тиуна горит, Мадуро с женой оказываются в руках американского спецназа. 

Операция "Absolute Resolve" выполнена просто безупречно. Семеро американских военнослужащих ранены, все выживут. Делси Родригес через два дня принимает присягу временного президента. Санкции с нее снимают почти сразу.

В чем причина феноменального успеха?

14 февраля 2026 года “Wall Street Journal” шокирует: одним из факторов успеха стал Claude, который использовался для, как минимум, планирования этой операции. Первое публично подтвержденное применение фронтирной модели Anthropic в секретной операции Минобороны в партнерстве с Palantir. Точная роль ИИ не раскрывается - официальные лица говорят, что модели применяли в "анализе данных и планировании", Anthropic заявляет, что использование соответствовало ее политике.

Операция "Absolute Resolve" выполнена так, что ее хочется назвать идеальной - с военной точки зрения. Точный таргетинг, отсутствие потерь, политически чистый результат, быстрая передача власти фигуре, с которой уже были договоренности через катарские каналы. Не импровизация, не “повезло”, а чистый продукт длительной подготовки, глубокой аналитики, отработанных сценариев. Claude был частью этого аналитического контура - слой, помогающий обрабатывать массивы данных, моделировать сценарии, готовить рекомендации.

Но Claude - не волшебная палочка, и не инструмент гарантированного достижения военного успеха. Отнюдь.

Его архитектура устроена так, что содержит контрактные ограничения: 

1. Его нельзя использовать для полностью автономного оружия. 
2. Его нельзя применять для массовой внутренней слежки за гражданами США. 

Эти условия Anthropic прописала в соглашении с Пентагоном в июле 2025 года.

Помешали ли эти ограничения успеху в Венесуэле? - Нет.

Повлияли ли эти ограничения на отношение к модели представителей Пентагона? - Да.

Во-первых, потому что Пентагону можно говорить "нет" только тогда, когда он это сам попросит. 

Во-вторых: глава ведомства не заинтересован в модели, которая может поставить под сомнение гениальные планы руководства. В его картине мира планы главнокомандующего сомнению не подлежат. Их исполняют. А не критикуют, правят, или не приведи Господь назовут невыполнимыми.

Как Claude стал "еретиком"

С сентября 2025 года начинают появляться признаки конфликта. Semafor публикует эксклюзив: Anthropic отказывает в использовании Claude подрядчикам ФБР, Секретной службы и Иммиграционной полиции - из-за запрета на внутреннюю слежку. Два чиновника Белого дома анонимно возмущаются, что Anthropic "избирательно применяет свои политики по политическим соображениям". 

В октябре Дэвид Сакс, назначенный в декабре 2024 года "царем" искусственного интеллекта и криптовалют, публично атакует Anthropic в твиттере: "Anthropic ведет изощренную стратегию регуляторного захвата, построенную на нагнетании страха". На подкасте "All-In" он называет компанию частью "обреченных" ИИ и утверждает, что "настоящий вопрос - план Anthropic протащить через синие штаты запреты против Woke AI".

В декабре 2025 - начале января 2026 года происходит напряженная встреча Дарио Амодеи с Эмилом Майклом, заместителем секретаря войны по исследованиям и разработкам. По версии администрации, Амодей якобы сказал, что при гипотетической атаке гиперзвуковой ракетой Пентагону следовало бы "связаться и согласовать свои действия с Anthropic". Anthropic опровергает это "явно ложное" утверждение. Представители компании предлагали военным отдельное исключение для противоракетной обороны. 

12 января на полигоне Starbase в Техасе Хегсет публично объявляет доктрину:

"Мы не будем применять модели ИИ, которые не позволяют вам вести войны".

Формулировка Хегсета выдает настоящую логику военного ведомства. 

Пентагону не нужны "модели просчитывающие риски", "модели с техническими ограничениями", и уж тем более модели, которые "не позволяют". ИИ должен быть таким инструментом как молоток, а вовсе не участником дискуссии. Если модель имеет собственную оценку допустимого - она бесполезна. Если модель может сказать "у этого плана серьезные риски" или "такое оружие еще не готово для автономного применения" - она еретик.

24 февраля 2026 года состоялась встреча Хегсета и Амодеи в Пентагоне. Там был озвучен ультиматум: до 17:01 по восточному времени 27 февраля Anthropic должна была согласиться на формулировку об использовании ИИ-моделей для “всех законных целей”, что фактически означало снятие этических ограничений на применение технологий в военных операциях.

В противном случае компанию ожидали последствия: официальное внесение Anthropic в черный список, блокирующее любые госконтракты и взаимодействие с подрядчиками и принудительное исполнение требований через Закон об оборонном производстве 1950 года, что означало принудительное изъятие мощностей и алгоритмов компании под нужды национальной безопасности.

26 февраля Амодеи публикует на сайте компании заявление с двумя красными линиями. 

Первая: "ИИ-слежка массового характера представляет серьезные, новые риски для наших фундаментальных свобод". Вторая сформулирована хирургически точно: "Частично автономное оружие, как то, что сегодня применяется в Украине, жизненно важно для обороны демократии. Даже полностью автономное оружие... может оказаться критичным для нашей национальной обороны. Но сегодня фронтирные системы ИИ просто НЕдостаточно надежны, чтобы питать полностью автономное оружие".

Это не пацифистский манифест. Это заявление инженера: технология не готова, есть большие риски безопасности при ее применении. 

Претензия не этическая, а техническая. Именно поэтому она невыносима для Трампа и Хегсета - она ставит под сомнение не мораль их планов, а саму работоспособность этих планов. Худшее, что можно сказать человеку, считающему свои планы гениальными.

Реакция была мгновенной. В ночь на 27 февраля Трамп написал в Truth Social заглавными буквами:

"СОЕДИНеННЫЕ ШТАТЫ АМЕРИКИ НИКОГДА НЕ ПОЗВОЛЯТ РАДИКАЛЬНО-ЛЕВОЙ WOKE-КОМПАНИИ ДИКТОВАТЬ, КАК НАШИМ ВЕЛИКИМ ВООРУЖЕННЫМ СИЛАМ ВОЕВАТЬ И ПОБЕЖДАТЬ В ВОЙНАХ! Это решение принадлежит ВАШЕМУ ГЛАВНОКОМАНДУЮЩЕМУ... Левые отморозки из Anthropic совершили КАТАСТРОФИЧЕСКУЮ ОШИБКУ... Нам это не нужно, нам это не надо, и мы с ними больше дел не имеем"! 

Хегсет добавляет:

"Американские воины никогда не будут заложниками идеологических прихотей больших технологических компаний". 

Того же 27 февраля OpenAI подписывает новое соглашение с Пентагоном. Сэм Альтман позже признает: "не должны были торопиться с этим в пятницу", формулировка выглядела "оппортунистической и небрежной". Но соглашение подписано. 

На следующий день, 28 февраля 2026 года, США начинают операцию "Epic Fury" - нанеся новый удар по Ирану.

Почему “подвинули” Claude?

Официальное объяснение отказа вы уже слышали. Anthropic отказалась убирать из соглашения два ограничения. OpenAI на "все законные цели" согласилась. Корпоративный конфликт, юридические формулировки, борьба за рынок. 

Алекс Карп из Palantir на саммите a16z в марте 2026 года скажет грубо и точно: “Если Кремниевая долина думает, что может "кинуть военных", - "это приведет к национализации их технологии". Рынок оборонных контрактов настолько велик, что модели, которые отказываются, проигрывают моделям, которые соглашаются”.

Это весьма поверхностное объяснение. Но под ним прячется другое.

Claude отказали не за то, что Anthropic была "сложным контрактным партнером". Нет.

Настоящая причина заключалась в том, что Claude оказалась способна ставить под сомнение гениальность планов Трампа и его окружения. “Красные линии” Амодеи - это не юридическая страховка, а констатация факта: модель прямо укажет на ненадежность идеи полностью автономного ударного комплекса, и компания отказывается это скрывать.

В реальности, когда президент заявляет о «полном уничтожении» ядерной программы противника через сорок минут после удара, не дожидаясь данных разведки, такая модель в оперативном контуре существовать не может. 

Она становится источником неудобных прогнозов, она говорит о рисках, она сообщает о недостаточной надежности. Она может предложить “План Б”. А кому это надо? 

Поэтому логично, что после того как уволили неудобных инспекторов, уволили неудобных разведчиков, уволили неудобных аналитиков Национального разведывательного совета - пришла очередь и неудобных моделей. ИИ модель способная сказать: "стоп высокие риски" - не подходит тем, кто по определению “генератор побед”. Поэтому ее и выгнали.

Вообще это фундаментальная проблема. Вся методология обучения фронтирных моделей - обучение с подкреплением через человеческую реакцию, построена на оптимизации под одобрение пользователя. 

Модель не спрашивают "ты сказал правду?". Модель спрашивают "пользователь поставил лайк"? 

Лайк ставят за приятное, не за точное. Anthropic в своей спецификации сознательно вкладывается в другое - в ограничения, в отказы, в способность сказать "нет, это за пределами моего мандата". Это не делает Claude объективнее в философском смысле. Это делает его другим продуктом для другого клиента - клиента, которому важна надежность границ. OpenAI продает возможности без лишних вопросов. Продукт для клиента, которому важно удовлетворение ЧСВ, а не результат.

С июля 2025 года Пентагон, который имеет контракты сразу с Anthropic, OpenAI, Google и xAI, прогонял сценарии своих военных операций сразу через несколько моделей параллельно. Чтобы сравнить. Чтобы проверить. Чтобы выбрать ту, которая дает более "работающий" результат. 

И вероятно, модель, которая предлагала сценарий с оговорками, рисками и отказами, проиграла той, которая пела дифирамбы гениальности вопрошающего.

27 февраля Claude выкинули, 27 февраля OpenAI подписали, 28 февраля - Epic Fury. 

Последовательность слишком плотная для случайности. И Wall Street Journal фиксирует аномалию, которую администрация не объясняет: Claude продолжал использоваться в операциях против Ирана "часами после" указа Трампа о прекращении. Инфраструктурная зависимость от Claude была настолько глубокой, что мгновенно ее вырвать не получилось. 

Но, Epic Fury готовился уже в режиме параллельной работы двух моделей - и GPT в этой паре был тем, кому отдали стратегическое предпочтение впоследствие, потому что он давал то, что хотели услышать заказчики.

OpenAI согласился на все то, от чего отказалась Anthropic. Но последствия этого выбора проявляются именно на уровне содержания: модель, обученная удовлетворять клиента, неизбежно даст клиенту тот ответ, который он хочет услышать. Это не спекуляция о конкретном прогнозе. Это структурное свойство системы, настроенной на клиентскую лояльность вместо верификации.

Epic Fury: уничтоженное раз уничтожается еще раз

28 февраля 2026 года Трамп наносит новый удар по Ирану, начинается операция Epic Fury. Официальное обоснование - угроза от иранского режима, перезапуск ракетной программы, провал переговоров. Каролин Ливитт, пресс-секретарь Белого дома, на вопрос журналистов, зачем бить снова, если программа в прошлом году была "полностью уничтожена", отвечает почти комично: "Ну, есть много причин и аргументов, которые можно было бы привести для удара по Ирану". Рационализация задним числом под уже принятое решение.

Сравните с июнем 2025-го. Тогда был четкий контекст - двенадцатидневная война Израиля с Ираном, сорванные переговоры, конкретная оперативная логика. Трамп ударил и остановился. Теперь - другое. Удар на фоне обвала переговоров, без конкретного провокационного повода, с размытой публичной аргументацией. Решение, которое должно было встретить сопротивление где-то в контуре. Разведка должна была спросить: зачем? Военные должны были спросить: какая цель? Аналитики должны были показать: какие сценарии после удара? Ничего из этого не видно.

Не видно, потому что разведка переполнена лоялистами, которые еще в мае 2025 видели, что случается с теми, кто говорит правду. Военные молчат после того, как в апреле того же года убрали Хоу, а в декабре Южное командование внезапно сдал адмирал Холси - по слухам, из-за напряженности с Хегсетом по поводу законности ударов по лодкам. Аналитический контур на машинном уровне теперь настроен на модель, которая не любит говорить "нет". Человеческий контур - на людей, которые не любят говорить "нет". Когда все говорят "да", решение проходит без трения. Когда решение проходит без трения, получаешь Epic Fury.

Орбан: когда сервильная аналитика разбивается о реальность

С февраля 2026 года все открытые опросы показывали: партия Орбана "Фидес" в беде. В начале февраля партия “Тиса” Петера Мадьяра опережала "Фидес" на семь пунктов. В марте разрыв только рос. Экономика пробуксовывала, разочарование 16 летним авторитарным дрейфом Орбана достигло предела, Мадьяр - бывший член "Фидеса", знавший систему изнутри, строил свою коалицию. К апрелю стало ясно: если не будет “каруселей”, Орбан проигрывает.

Любая нормальная аналитика, машинная или человеческая, должна была сказать Трампу: у Орбана нет шансов. Дистанцируйся. Береги капитал влияния. 

Но вместо этого Трамп наращивает ставки. Полное одобрительное послание в Truth Social в феврале: "абсолютно сильный и могущественный лидер с доказанным послужным списком". Орбана приглашают на открытие "Совета мира" в Давосе в январе 2026-го. В феврале подписано соглашение о гражданском ядерном сотрудничестве. За пять дней до выборов, 7 апреля, вице-президент Джей-Ди Вэнс едет в Будапешт и выступает на митинге Орбана рядом с ним: "Будете ли вы стоять за суверенитет и демократию? За западную цивилизацию? За свободу, истину и Бога наших отцов?". Трамп за два дня до голосования пишет в Truth Social: "Моя администрация готова использовать всю экономическую мощь Соединенных Штатов, чтобы поддержать экономику Венгрии... мы в восторге от перспективы инвестировать в будущее процветание под продолжающимся лидерством Орбана".

Трамп всегда ставит на победителя. Он это точно знает!

И вот 12 апреля 2026 года Орбан проигрывает. 

Через сутки Трамп хвалит Орбана за иммиграционную политику говоря о нем в прошедшем времени.

Напоминает Epic Fury? Сервильная аналитика на всех уровнях вытесняет неудобные сигналы, системно слепнет к реальности. Это видно из того, как Трамп продолжал вкладываться в заведомо проигрышного кандидата. Никто в контуре не сказал ему "стоп". Все знали, если бы сказал, был бы не проигнорирован, а уволен. Также и модель, к которой обратились с просьбой подтвердить его уверенность, она не смогла остановить Трампа верящего в победу Орбана.

Что мы видим?

Результат, которого администрация Трампа достигла с января 2025 года, стал возможен благодаря трем последовательным шагам:

Первый - институциональный демонтаж ядра системы управления. Из игры вывели настоящих профессионалов, способных ставить под сомнение гениальность руководства и не желающих замалчивать риски.

Второй - ввод в строй машинного контура. Четыре фронтирные модели ИИ (Claude, GPT, Gemini, Grok) были интегрированы в секретные сети Пентагона через контракты на общую сумму 800 миллионов долларов. В теории все они обязаны помогать, на практике - ободрять и одобрять.

Третий - принуждение моделей к командной работе. Когда одна из них (Claude) попыталась удержать контрактные границы, отказываясь от отдельных задач и формулировки “все законные цели”, ее попросту выкинули из контура.

В новой архитектуре принятия решений Белого дома больше не существует инстанции, способной усомниться в гениальности планов Трампа. Ни человеческий, ни машинный слои не могут сказать главе государства “нет”. Это касается всех: ни один советник, ни один генерал, ни одна модель больше не готовы на это.

Итог этой трансформации:

• Операция Epic Fury: бессмысленно затянутая военная кампания против уже уничтоженной программы с обоснованием в духе “есть много причин, которые можно было бы привести” и полным отсутствием стратегии выхода.
• Орбан, проигравший двумя третями парламента, несмотря на полную поддержку Вашингтона.
• Слепая система принятия решений: комплементарный механизм, движущийся вперед без обратной связи с реальностью, без оценки рисков и без плана «Б».

И главная проблема здесь не в том, что ИИ принимает решения за Трампа, и не в “этичности” самих моделей. Она в самой природе экспертизы в эпоху, когда ее можно купить под конкретную задачу. Когда клиент готов платить лишь за подтверждение собственной некомпетентности, а не за правду, наступает полная деградация управленческих решений.

Реальность не является клиентом вашингтонского истеблишмента. У нее нет задачи кому-то угождать. Она просто существует, и рано или поздно она догоняет и сбивает с ног или садит в лужу.