Благородное преступление: Как САП создала параллельный бюджет на 2,9 млрд грн

Читаешь и думаешь: замечательное дело, деньги идут на фронт, коррупционеры финансируют оборону вместо того, чтобы сидеть в тюрьме. Современные Робин Гуды из прокуратуры. Только вот одна проблема: это преступление.

Давайте разберем по косточкам, почему даже самая благородная цель не делает незаконные действия законными, и почему этот прецедент опаснее, чем кажется на первый взгляд.

Статья 19 Конституции: Неприятная деталь

Есть такая скучная статья в Конституции, о которой все знают, но мало кто вспоминает:

"Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны действовать только на основании, в пределах полномочий и способом, предусмотренными Конституцией и законами Украины"

Это называется принцип законности. Не "действовать как вздумается, если цель благородна", а только на основании закона. Причем принцип работает очень просто: если закон не разрешает - значит запрещает. Это не для граждан (им можно все, что не запрещено), это для власти.

Вот теперь спросим: где в законе написано, что прокурор может включать в соглашение о признании вины условие о перечислении средств в благотворительный фонд Стерненко, Притулы или кого-то еще?

Ответ короткий: нигде.

Что говорит Уголовный процессуальный кодекс

Открываем статью 472 УПК Украины "Содержание соглашения о признании вины". В соглашении могут указываться:

• Безоговорочное признание вины ✓
• Обязанности по сотрудничеству в изобличении других лиц ✓
• "Условия частичного освобождения от гражданской ответственности в виде возмещения ГОСУДАРСТВУ ущерба" ✓
• Согласованное наказание ✓
• Условия применения специальной конфискации ✓

Видите слово "ГОСУДАРСТВУ"? А слов "благотворительный фонд" не видите? Я тоже.

Статья 469 УПК (в редакции от октября 2024 года) для коррупционных дел требует "полного или частичного возмещения причиненного ущерба или нанесенного вреда". Снова - кому? Государству или потерпевшему. Не третьим лицам.

А статья 96-1 Уголовного кодекса вообще не оставляет вариантов:

"Специальная конфискация - это принудительное безвозмездное изъятие по решению суда в собственность ГОСУДАРСТВА денег, ценностей и иного имущества"

В собственность государства. Не фонда. Не волонтеров. Государства.

Куда должны идти эти деньги на самом деле

Бюджетный кодекс Украины, статья 13: доходы от специальной конфискации = доходы специального фонда государственного бюджета с целевым направлением.

Кстати, есть практика. Когда конфисковали активы россиян и коллаборантов, куда пошли деньги? Правильно - в спецфонд госбюджета. По данным Госказначейства, от национализированных российских банков поступило 25,8 млрд грн именно туда. Почему вдруг средства от соглашений САП должны идти отдельным путем?

А теперь самое интересное: кто решает, на что тратить средства государственного бюджета? Правильно, Верховная Рада. А кто решает, в какой благотворительный фонд перечислить деньги от соглашений? Прокурор САП. Видите проблему?

Как это работает в цивилизованном мире

Соединенные Штаты: Restitution

В Америке plea bargaining - обычная практика. Но там есть четкие правила. Title 18 U.S.C. § 3663, § 3663A - федеральные законы о restitution (возмещении).

Куда идут деньги:

• Непосредственно жертвам преступления (direct victims)
• Страховым компаниям, компенсировавшим жертвам
• Государственным программам компенсации жертв
• В исключительных случаях - правительственным агентствам за расходы на расследование

Congressional Research Service в своем отчете (RL34138) четко указывает: "Federal courts may not order a defendant to pay restitution unless empowered to do so by statute" - федеральные суды НЕ могут назначить возмещение, если это не предусмотрено законом.

И даже когда plea agreement содержит особые условия, restitution может идти только жертвам или их бенефициарам. Никогда - произвольным благотворительным организациям.

Великобритания: Compensation orders

Criminal Justice Act 1988, Proceeds of Crime Act 2002 - суд может назначить compensation order в пользу жертвы или государственной Criminal Injuries Compensation Authority (CICA). Конфискованные активы идут в специальный правительственный фонд.

Практики перечисления средств от plea deals в благотворительные организации не существует.

Европейский Союз

Directive 2012/29/EU (Victims' Rights Directive): компенсация всегда ориентирована на жертв преступления через национальные компенсационные схемы. Произвольного перечисления третьим сторонам нет.

Вывод: Во всем цивилизованном мире деньги от сделок с правосудием идут либо жертвам, либо государству. Никогда - любимым благотворительным фондам должностных лиц.

Анатомия преступления: Статья 364 Уголовного кодекса

Давайте посмотрим, есть ли здесь состав преступления. Статья 364 часть 2 УК Украины - "Злоупотребление властью или служебным положением".

Что нужно для состава преступления:

1. Использование служебного положения ✓
   Прокуроры САП действуют от имени государства

2. Вопреки интересам службы ✓
   Средства должны были пойти в госбюджет согласно закону

3. Для получения неправомерной выгоды ✓
   Здесь интересно

Неправомерная выгода - это не только деньги в карман. Это любая выгода имущественного или нематериального характера. Что получают прокуроры САП?

• Репутационную выгоду ("волонтеры", "патриоты")
• Политический капитал
• Публичную похвалу
• Возможную личную заинтересованность в деятельности конкретного фонда

А что получает подозреваемый? Мягкое наказание в обмен на "благотворительный взнос". Фактически - систему "откупа". Вместо тюрьмы - донат Стерненко.

Аргумент "Это же на дроны!"

Самый популярный ответ: "Да что вы придираетесь, деньги идут на фронт, на FPV-дроны! Лучше так, чем коррупционеры в тюрьме за государственный счет сидели!"

Хорошо, давайте представим ситуацию. Милиционер останавливает вас за превышение скорости. Вы даете ему 500 гривен взятки. Он берет эти деньги и сразу же перечисляет их в благотворительный фонд на дроны. Вопрос: это перестает быть взяткой?

Нет. Это остается взяткой. Предмет взятки не перестает быть взяткой от того, как его использовали.

Или другой пример. Чиновник расхищает миллион из бюджета. Но он сразу перечисляет его в "Спільноту Стерненка". Это перестает быть хищением? Нет.

Закон не работает по принципу "цель оправдывает средства". Даже самая благородная цель не легализует преступление. Иначе мы живем не в правовом государстве, а в той самой системе, где "свои ребята" могут все, если это "за правое дело".

Робин Гуд и верховенство права

Робин Гуд тоже брал у богатых и давал бедным. Благородно, не так ли? Только вот он был преступником. Красивым, романтичным, но преступником. Система права не может функционировать по принципу "прав тот, у кого благороднее мотивы".

Потому что как только мы разрешаем нарушать закон "ради благой цели", сразу возникает вопрос: кто определяет, какая цель благородна?

Сегодня прокурор САП решает, что деньги пойдут Стерненко на дроны. Окей, это действительно нужное дело. А завтра другой прокурор решит, что деньги пойдут в фонд РПЦ "на восстановление храмов"? Или в благотворительный фонд политика из оппозиции? Или в организацию, "защищающую традиционные ценности"?

Если нет четкого закона - есть дискреционная власть чиновника. А дискреционная власть на миллиарды гривен - это системная коррупция в чистом виде.

Параллельный бюджет: Угроза демократии

Давайте озвучим главную проблему. За три года САП "распределила" 2,9 миллиарда гривен. Напомню: это не ее деньги. Это государственные средства, которые должны были пойти в бюджет.

Кто решает, на что тратить государственный бюджет? Верховная Рада. Это называется парламентский контроль. Это одна из основ демократии.

Кто решает, в какие благотворительные фонды перечислять деньги от соглашений? Прокурор. Без контроля. Без парламента. Без какой-либо процедуры.

Фактически создан параллельный бюджет на миллиарды гривен, которым распоряжаются несколько человек на свое усмотрение. Сегодня они честные патриоты. А завтра? А когда власть сменится? А когда кто-то из этих людей поддастся искушению?

Институты важнее персоналий. Хорошие люди в плохой системе - это катастрофа, ждущая своего часа. А то, что сейчас делает САП - это именно создание плохой системы под благородным прикрытием.

Коррупционные риски: Очевидные вопросы

Представим гипотетическую (или не очень?) ситуацию:

Сценарий 1: Олигарх попался на коррупции. Он знает, что прокурор дружит со Стерненко. Олигарх сам предлагает перечислить миллион в фонд. Прокурор "идет навстречу" и делает мягкое соглашение. Это коррупция?

Сценарий 2: Прокурор знает, что его карьера зависит от "показателей волонтерства". Он специально ищет дела, где можно заключить соглашение с перечислением в "правильный" фонд. Он смягчает соглашения, чтобы получить больше денег для фонда. Это злоупотребление?

Сценарий 3: Руководство САП лоббирует определенный фонд, потому что там работают их друзья/родственники/политические союзники. Другие фонды в соглашениях не фигурируют. Это конфликт интересов?

Все эти сценарии становятся возможными, когда нет четкого закона и прозрачной процедуры. Коррупция начинается там, где заканчивается законность.

Что делать: Три сценария

Сценарий 1: Признать ошибку (не случится)

САП публично признает, что действовала вне закона. НАБУ, ВАСУ, все причастные признают ошибку. Средства возвращаются в госбюджет. Парламент принимает четкий закон о направлении средств от соглашений на оборону с прозрачной процедурой контроля.

Вероятность: 0,1%. Потому что это означает признать, что "патриотичные прокуроры" три года нарушали закон.

Сценарий 2: Легализовать беззаконие (наиболее вероятно)

Парламент задним числом принимает закон, "узаконивающий" практику перечисления в благотворительные фонды. Создают какую-то комиссию для "контроля". Все действующие лица получают индульгенцию.

Вероятность: 70%. Потому что "нельзя же трогать людей, которые для армии работают".

Проблема: Прецедент остается. Механизм "параллельного бюджета" институционализируется. Кто гарантирует, что следующая власть не будет злоупотреблять?

Сценарий 3: Уголовное дело (фантастика)

Кто-то из правоохранителей осмелится возбудить уголовное дело по статье 364 УК. Расследование. Суд. Наказание для виновных.

Вероятность: 0,01%. Потому что "кто осмелится трогать борцов с коррупцией"?

Вывод: О чем на самом деле эта история

Эта история не о Стерненко. Не о дронах. Не о патриотизме или волонтерстве.

Эта история о том, что закон или есть для всех, или его нет ни для кого.

Эта история о том, что благородные мотивы не легализуют преступление.

Эта история о том, что даже самые лучшие люди в системе без контроля рано или поздно создадут катастрофу.

Три года САП действовала вне закона, создавая параллельный бюджет на миллиарды гривен. То, что деньги шли на фронт - замечательно. То, что это было незаконно - факт. Обе вещи могут быть правдой одновременно.

Правовое государство - это когда даже благородное преступление остается преступлением. Потому что как только мы начинаем делить преступления на "благородные" и "неблагородные", закон перестает работать. Остается только произвол тех, кто у власти.

P.S. Вопрос к читателям

Представьте, что завтра появляется решение ВАСУ о перечислении 100 миллионов из соглашения в благотворительный фонд Московского патриархата "на восстановление разрушенных храмов". По той же схеме. По тому же "прецеденту".

Вы будете аплодировать? Или вдруг вспомните, что должен быть закон?

Верховенство права или есть, или его нет. Третьего не дано.

Олег Чеславский специально для Femida.ua